Kordhard
Внутренняя сила человека обратно пропорциональна разнице между его "быть" и "казаться".
День 4.

Лёха придирчиво осмотрел собранное оружие. Оно могло хоть немного, но увеличить огневую мощь отряда, особенно учитывая тот факт, что патронов было потрачено немало, и оставалось их всего-ничего. К сожалению, ухаживали за своим арсеналом бандиты плохо, сами стволы в основной своей массе были выпущены чёрт знает когда и, скорее всего, успели сменить немало владельцев.
Два помповых ружья Ремингтон-870, обычные охотничьи модификации. Одно из них было настолько ржавым, что Лёха даже не стал с ним возиться, а вот второе было хоть и изрядно потёртым, но вполне ещё пригодным. Сама по себе конструкция надёжная и долговечная, и если за оружием ухаживать – оно способно прослужить долгие годы. Смущала лишь малая ёмкость магазина – всего четыре патрона, но если ружьё оперативно подзаряжать – на ближней дистанции оно могло стать грозной силой. Тем более, что патроны к дробовику достать можно где угодно, да и у убитых боевиков нашлось в общей сложности почти полсотни патронов с мелкой и крупной картечью и пулями.
Ржавый обрез двустволки Иванов тоже выбросил, такое оружие может иногда заменить пистолет в упор, но таскать ради двух выстрелов два килограмма рухляди смысла не было ни малейшего.
Ещё в трофеях оказались две старинные немецкие винтовки Второй Мировой Маузер-98к. Одна из них была совсем проржавевшей и не годилась даже на запчасти, а вот за второй, судя по виду, всё-таки ухаживали, и, не смотря на возраст, она ещё могла послужить. Алексей решил захватить её с собой, наплевав на низкую скорострельность и долгую перезарядку такого оружия, поскольку с точными и дальнобойными стволами в отряде был дефицит. Правда, патронов оказалось к ней маловато – меньше сорока штук, к тому же не самых лучших, португальского производства.
Из экзотического – попался рычажный карабин Пума-М92 с коротким стволом. Это оружие производилось в США, в основном для любителей спортивной так называемой «ковбойской» стрельбы. Карабин являл собой новодел, конструктивно повторявший Винчестер образца 1892 года, но под мощный современный патрон .44 Магнум. Оставалось лишь гадать, как эта игрушка могла попасть к бандитам в джунгли Альгейры, но состояние оружия было до такой степени изношенное, что Алексей не рискнул бы брать его в бой. А вот патроны были свежие и хорошего качества, их Лёха решил не бросать.
Ещё обнаружились три ржавых и изношенных пистолета довольно распространённых в Латинской Америке моделей: Браунинг «Хай Пауэр» и две Беретты М951. Оружие было в таком состоянии, что не было смысла возиться. Вслед за пистолетами отправились в помойку и пара Мини-Узи, а так же Инграм Мак-10. В принципе, компактные пистолеты-пулемёты иногда могли бы оказаться полезными в ближнем бою, но эти были старыми и изношенными, могли заклинить в любой момент. Выкинул Алексей и тяжеленный американский пистолет-пулемёт М3А1, знаменитую "маслёнку" - оружие имело такой износ, что Алексей был готов поспорить, что ему довелось начать стрелять ещё в годы Второй Мировой.
С затаённой надеждой Алексей взял в руки единственный автомат Калашникова среди всего добытого оружия. Это был «укорот», очень похожий на тот, что использовал сам Иванов, только с рамочным прикладом по типу АКСУ. Скорее всего болгарского производства. И не исключено, что изначально он был полноценным АК, а укоротили его уже позже, возможно даже на оружейной фабрике Палинейро. Но уже беглый осмотр дал понять, что пользы от такого оружия не будет. Автомат был абсолютно ржавый, и судя по всему, его заклинило на первом же выстреле, да так, что открыть затвор не получилось даже ногой. Лёха отсоединил магазин – он был набит патронами, которые судя по их виду, долго валялись в болоте или грязи, тоже ржавые и заплесневевшие. Алексей даже помнил, как он убил владельца этого автомата, когда тот заметался под огнём. А ведь, ухаживай за ним владелец, содержи он оружие в порядке, и дай этот автомат длинную очередь в нужный момент – бой мог бы пойти совсем по-другому...
У погибшего владельца обнаружился и запасной магазин, впрочем, набитый такой же дрянью. Перебрав патроны по одному, Алексей оставил лишь 19 штук. Это не покрывало даже расход в этом бою...
Единственные стволы, кроме упомянутых дробовика и болтовой винтовки, которые ещё годились в дело – это четыре потёртых пистолета-пулемёта "Стерлинг" британского производства. Судя по их виду, они долго лежали на складах, а к бандитам попали сравнительно недавно, и те не успели заюзать их до полного непотребства. К тому же, к каждому имелось по три магазина, и более четырёхсот 9мм патронов аргентинского производства. Опять же, может и не лучшего качества – но выбирать не из чего...

Дневной марш-бросок дался труднее, чем в предыдущий день, хотя и шли по дороге. Иванов старался задавать максимальный темп, но дорога петляла, скакала по перепадам высот, и движение по ней происходило куда медленнее, чем Алексей планировал. Короткие привалы не позволяли восстановить силы, и Алексею в конце концов пришлось отводить группу в лес с дороги уже неподалёку от деревни, чтобы дать бойцам хотя бы несколько часов сна и отдыха перед тем, как войти в деревню. Да и входить было разумнее ночью.

Партизаны тихонько подходили к речке, за мостом через которою уже были видны огоньки. Близилась полночь, но Алексей не хотел без нужды проявлять спешку. И вскоре он был вознаграждён за бдительность: неподалёку от моста дежурили два вооружённых человека. Один с карабином, другой с пистолетом-пулемётом. Лёха жестом подозвал к себе Педро.

- Это местное ополчение?
- Нет, исключено. Это точно не местные. Какие-то бандиты.

Иванов лихорадочно соображал. Попытаться взять живьём или подкрасться на дистанцию броска ножа? Но стояли они не рядом, и брать их надо было синхронно. Или не рисковать и сразу открыть огонь?
Но пока он думал, решение пришло извне: кто-то из бойцов неудачно настумпил на сучок, и ближайший из бандитов начал оборачиваться.

- Огонь! – это всё, что оставалось скомандовать Иванову, и залп нескольких карабинов и автоматов разорвал ночную тишину.

К сожалению, всё случилось раньше, чем отряд успел приготовиться и занять удобные позиции. Справа от дороги плеснуло огнём, и один из бойцов вскрикнул. Сразу несколько партизан ответили по вспышке, почти не целясь, но уложили третьего бандита с Узи, который прятался в высокой траве.

«Чёрт, прозевали как неудачно» - подумал Алексей, и махнул группе рукой двигаться вперёд к мостику через речку.
Сервуло Урбано бросился перевязывать раненого, ещё пара бойцов остались их прикрывать, остальные же бежали к мосту, чтобы преодолеть его раньше, чем на том берегу очухаются, иначе под огнём это будет сделать невозможно – мост отлично был виден в свете луны, тени от деревьев на него не падали, а вот укрывшихся на противоположном берегу врагов разглядеть было бы с него невозможно.

- Прикрой нас сверху – крикнул на бегу Лёха Рамону Франко. Справа от моста возвышалась скала, с которой не только отлично простреливался сам мост, но и было прекрасно видно, что происходит на противоположном берегу.

Больше половины группы успели преодолеть мост и начали рассредотачиваться за ним в ожидании контратаки, когда Педро заметил бегущую вдоль берега фигуру с пистолетом в руке. Это была женщина, явно из этой же банды, которая что-то неразборчиво и истерично орала.

«Не иначе как хахаль её на том берегу остался. Ну ничего, сейчас они воссоединятся, - цинично подумал Иванов, - главное не прозевать подход остальной части бандитов. Кто знает, сколько их там?..»

Лёха даже не понял, был ли выстрел Педро специально таким точным, или пуля попала в голову бандитке случайно, но крик её мгновенно оборвался, и она с разбегу впахалась в дорожную пыль разломленным черепом.

Тем временем, отважный Фернандо Суарес очень активно двигался вперёд вдоль скалы, которая вздымалась вдоль берега чуть поодаль от него. Парень изрядно оторвался от группы.

«А на него надо поводок цеплять, - присвистнул Лёха, - «троцкист»-то наш не трусом оказался, а наоборот, отчаянный сорви-голова!»

Сам Алексей вместе с Марко Санчесом решил взять направление на деревню: если и стоило ожидать крупной атаки бандитов, то скорее всего со стороны домов. Остальная группа вслед за Суаресом продвигалась вдоль берега вправо, чтобы обойти скалу с другой стороны. Конечно, без рации такие «клещи», да ещё столь малыми силами имели мало шансов на скоординированный удар, но, в любом случае, терять инициативу было нельзя. Если просто залечь – вскоре может понабежать куча врагов, и тогда в позиционной перестрелке они вполне могут задавить плотностью огня. Пока в деревне паника – надо этим пользоваться. Но...

Минуты и метры медленно текли под осторожными шагами партизан, а в них никто не стрелял. И паника в деревне была, правда... Суетились местные, заслышав стрельбу. Единственный бандит, на ходу натягивая штаны, попытался сбежать, но и он, судя по всему, спал не в деревне, а у костра на окраине. Бедолага куда-то выкинул своё ружьё, и просто пытался удрать. Естественно, ему это не удалось. И... всё!

К счастью, рана у единственного пострадавшего бойца группы была незначительной, пуля прошла по касательной, сорвав кожу на боку. Помощь была оказана немедленно и были все шансы полагать, что ни лихорадки ни нагноения не приключится. А через день, максимум полтора группа вернётся в основной лагерь, где есть врач, в крайнем случае.

Иванов быстро осмотрел трофеи. «Маслёнка» 45-го калибра в хорошем состоянии – в подарок раненому бойцу на память.
Мини-Узи, из которого его ранили - потёртый, немало пострелявший, но исправный. Жаль, что приклад отломан. А с другой стороны может и не жаль. Может был бы не отломан – и результат стрельбы оказался бы совсем иным... Его с удовольствием забрал Марко Санчес. Жаль, магазин к нему был всего один на 25 патронов - но и то хлеб, как говорится.
Карабин Маузера – ха, кажется его владелец и не подозревал, что его оружие просто-напросто сломано! Боёк выкрошился и пружина в затворе рассыпалась от ржавчины. Только выбросить... Влажные джунгли и кривые ленивые руки всякого отребья – безжалостны к старому оружию...
Лёха повертел в руках пистолет, который уронила та женщина. Сначала ему показалось, что это Кольт 1911, но оказалось нет. Аргентинский клон под тот же патрон но с другим УСМ и без предохранителя в рукоятке. Эти пистолеты не производили с 1953 года, а этот скорее всего успел послужить в аргентинской полиции до восьмидесятых, и потом, уже списанным, попал сюда. Пистолет и в лучшие-то времена надёжностью и качеством не блистал – а теперь и вовсе без альтернатив металлолом на выброс...

Наконец, партизаны подошли к крайним домам. Среди напуганных местных Педро указал Лёхе на более-менее чисто одетого мужика.

- Вон, видишь – это староста. С ним Марсело договаривался.

Староста и правда вышел вперёд, подпихиваемый другими жителями. Было видно, что он напуган, и Иванову оставалось лишь разобраться, чем именно. Впрочем, не только разобраться, но и сделать так, чтобы чем бы он ни был там напуган - чтобы Иванова он боялся сильнее. Лёха решительно шагнул вперёд. Староста инстинктивно попытался отпрянуть, но сзади плотной группой стояли местные мужики, и ему ничего не оставалось, кроме как остаться на месте.

- Господи, что вы наделали! Нам теперь всем конец, вы нас всех погубили! – истерически запричитал он.

Алексей понимал, что в такой ситуации важно взять инициативу в свои руки, пока не начался балаган, поэтому он командирским голосом майора российских ВДВ уверенно рявкнул в ответ:

- Молчать! Отвечать будешь когда я спрошу! Имя? Фамилия?

По инерции он чуть было не добавил: «Звание? Номер части?», - но вовремя притормозил.

Боковым зрением Иванов отметил, что от такого брутального рёва непроизвольно поёжились даже его подчинённые, не говоря уже о крестьянах.

- Меня зовут Хорхе Ангуло, я староста деревни Вилларадо, - визгляво ответил человек перед ним, на глазах покрываясь испариной, - бандиты, которых вы убили – они из банды Алонсо. Мы с ними почти договорились, чтобы они оставили нас в покое! А тут вы! Теперь они просто сожгут всю деревню!
- Так ты уже и с бандитами договариваешься? А про договор с Марсело Троном ты забыл уже? Где продовольствие, которое ты обещал?!!

Иванов грозно сверкал глазами из-под сдвинутых бровей, хотя опыт подсказывал, что вообще-то с местными лучше решать вопросы по-другому. Но тут ситуация диктовала именно такой сценарий, и приходилось ему следовать.

- Я просил Марсело выделить нам людей для защиты. Но он сказал, чтобы мы сами выкручивались! Алонсо забрал весь груз! Всё у него!
- И сколько у него людей?
- Точно не знаю, но не меньше сорока человек, а может и пятьдесят с учётом тех, кого вы убили! Если вы не поможете – нас просто перебьют теперь!

Алексей лихорадочно соображал. Банда, превосходящая его отряд впятеро – это слишком много. Особенно учитывая, что ни пулемётов, ни гранатомётов, ни запаса противопехотных мин у его партизан нет. Максимум – можно попытаться поставить несколько растяжек, но опять же, гранат всего четыре, из которых одна ржавая трофейная и не факт, что взорвётся. Да и патронов почти нет, всего по паре магазинов на ствол, в избытке только пистолетные... С другой стороны – решать задачу как-то надо. Можно попытаться с этим Алонсо как-то договориться. Не факт, что получится, но попробовать можно. Ну, предположим, удастся получить груз обратно. А дальше? Деревня останется под бандитами, а больше в окрестностях еду в нужном количестве брать негде.
Прийти к Марсело и предложить всеми силами ударить по бандитам? Но это займёт много времени. Слишком много. А еды в лагере почти не осталось. Задачу нужно решать сейчас... А что если... Набрать рекрутов из местных? Ведь наверняка тут есть охотники, может быть бывшие солдаты!

- Скажите, любезный Хорхе, - смягчив тон обратился к старосте Алексей, - а есть у вас оружие какое-нибудь, и люди, умеющие с ним обращаться?
- Да, есть! Мы не так давно закупили у одного торговца партию винтовок и шестизарядных пистолетов! Они хранятся в тайнике для крайнего случая. Но... Поймите нас правильно, мы крестьяне, а не солдаты. Мы готовы сражаться за свои семьи, но без вас нам не справиться!
- И сколько людей у вас есть?
- Ну, человек двадцать мужчин найдём!

Риск, конечно, был большим. Двадцать не обученных крестьян и девять партизан против сорока бандитов. С другой стороны, как Лёха уже успел убедиться, многие бандиты были подготовлены откровенно слабо и мастерами боя наверняка не были. Чем они вооружены – тоже вопрос, далеко не факт, что у них все поголовно с хорошим оружием, а если смотреть на то, что уже попадалось – вооружены они, скорее всего, из рук вон плохо. Если староста говорит, что закупил партию винтовок – значит скорее всего со склада, вполне может оказаться что-то неплохое. Не понятно только, что за «шестизарядные пистолеты», ну да не важно.
Размышления Лёхи прервал короткий свист одного из бойцов. Он вышел на дорогу и увидел, как по ней, шатаясь, шли четверо пьяных бандитов. Алексей дал команду не стрелять. Конечно, можно было бы и перебить их, уменьшив отряд врага ещё немного, но тогда их следующее появление было бы куда более осторожным и внезапным.

- Ого! А ты ещё кто такой? И Где Толстый Рико? – самый пьяный и видимо старший из бандитов мутными глазами смотрел на Иванова, покачиваясь перед ним.

Ох и велик был соблазн, ох и велик...

- Были тут твои друзья, но очень устали и спать прилегли. Надолго.

Партизаны медленно окружали бандитов, но ждали сигнала командира.

- Чего? Да я тебя сейчас!..

Бандит неуклюже поднял свою «маслёнку»... но Иванов тут же перехватил ствол и быстро выщелкнул магазин, даже не отбирая оружие.

- Ого? Это ты как так? – удивлённо уставился на автомат бандит, - А ну отдай!

- Да вот так, - Лёха протянул ему магазин обратно, - давай не будем ссориться. Передай Алонсо, что у меня к нему разговор есть серьёзный. Про эту деревню, про твоих друзей и про продовольствие, которое он забрал. Буду утром ждать его тут. Запомнил? Сможешь передать?

Немного трезвеющий бандит огляделся и понял, что это не у него в глазах троится, а вокруг действительно много вооружённых людей.

- Ладно, передам. Пошли, ребята!

Держась друг за друга, бандиты поспешно ретировались, оставляя за собой жирный шлейф перегара.

- Отлично! Минимум три часа у нас, я думаю есть, - сказал Лёха бойцам, - пошли готовиться!

Он уверенным шагом подошёл к старосте.

- Значит так. Принимаем бой как только банда подойдёт. Времени у нас в обрез, поэтому срочно поднимайте в ружьё всех, кто способен держать оружие и тащите сюда, что у вас там есть. Дополнительно понадобятся лопаты, мешки, проволока и изолента.

Алексей быстро прикинул диспозицию. К деревне можно было подойти либо по дороге, по которой пришли и сами партизаны, либо по тропинке в скалах. Скорее всего, основная группа пойдёт по дороге, тогда можно занять оборону на берегу реки, не давая им перейти её. Основной узел обороны он решил сделать перед мостом. На скале, возвышающейся на берегом, нужно было сделать укрепления из мешков с песком, их же положить у моста. И кого-то поставить прикрывать тропинку – там в принципе узко, хватит и пары бойцов.
«В крайнем случае, можно перебросить туда резерв, - думал Алексей, - главное – грамотно расставиться, чтобы не дать им сконцентрировать огонь». Слабым местом оставалась скала на противоположном берегу, на которую он и сам первым делам отправил Рамона Франко, когда преодолевал мост. Наверняка оттуда будут стрелять, следовало как-то это предусмотреть...

Тем временем, во дворе дома старосты уже начинали собираться люди. Заспанные и растерянные, они, тем не менее, понимали, для чего их позвали. И то, что они пришли, а не убежали в лес – уже хороший признак.

- Пройдёмте, винтовки в подвале моего дома! – Ангуло пригласил Иванова внутрь. В тусклом свете лампы он открыл тайник в полу и...
- Боже ты мой, вы что, музей ограбили?.. Где вы взяли эту рухлядь?..

Иванов был готов увидеть там многое, но это превзошло даже самые безумные его фантазии. В ящиках лежали старые, побитые ржавчиной «винчестеры», наподобие того, который попался в куче трофеев в первом ночном бою. Только если там была современная реплика, то сейчас Лёха ошалело крутил в руках оригиналы! Карабины 1892 года с рычажным затвором. С родными клеймами. Которые скорее всего реально лежали в запасниках какого-нибудь музея. Блин... Карабины вышедшего из употребления лет сто назад калибра .44-40 под дымный порох...

- И много вы за них отдали?
- Ну, мы заплатили не деньгами... Торговец уверял, что они исправны...
- А чем же вы платили? Золотом, серебром?
- Да нет, ну что вы, откуда у нас...

Хорхе замялся.

- А патроны к ним где взять?
- Ну вот же, мы с патронами их взяли.

Он открыл ещё один ящичек, где и в самом деле плотно были уложены коробки с современными патронами на дымном порохе, те самые, для «ковбойской стрельбы». Причём лежало их там немало, навскидку около тысячи штук.

- Они может и не новые, но кабана из такого точно убить можно! Наш охотник Агилар ходит с таким же!
- Так у вас и охотник есть? Ну, надеюсь, мы сейчас с ним познакомимся. Он же будет участвовать в ополчении?
- Да, разумеется, он скорее всего уже ждёт снаружи!

Иванов пересчитал винтовки. 11 штук. Небогато. Но внизу оказался ещё один ящик, где в промасленной бумаге были завёрнуты... две совершенно новых винтовки Гаранд М1! Выпущены они были скорее всего в конце Второй Мировой, но на фронт попасть не успели. Так и лежали в консервационной смазке по каким-то складам, пока не попали к ушлому торговцу а затем и в Вилларадо. Иванов придирчиво осмотрел каждую. Да, винтовки были явно складского хранения и никогда не покидали заводскую тару. Это давало надежду на отличный сохран! Там же обнаружились и патроны, правда всего три пачки. Вместе с запасом Иванова это выходило 100 штук. Лёха решил приберечь их на всякий случай, поскольку оружием он этим не владел, видел его раньше лишь в кино и на картинках, случись задержка – он даже не знал как устранять. Нужно было посветлу спокойно разобраться с этой системой, подробно изучить, хотя бы немного пострелять – а потом уже брать в бой.

В отдельной коробке обнаружились и «шестризарядные пистолеты» - тоже оригинальные, выпущенные в 19-м веке револьверы Кольта одинарного действия. Два со средними стволами, т.н. «морские», и один длинноствольный «артиллерийский» с изрядным количеством патронов на ствол. Подёрнутые ржавчиной, затёртые, но на вид целые. Алексей тщательно проверил механизмы винтовок и револьверов. Насколько можно было судить без стрельбы – они и в самом деле были исправны, но в какой момент такое древнее оружие, которому больше ста лет, развалится, сломается или заклинит – одному богу известно.
Когда они вышли из хижины, во дворе уже толпилось практически всё «воинство». Алексей сразу заметил индейца с карабином в руках. Правда, в карабине этом угадывалась современная реплика «Росси-92» под револьверный патрон .357 Магнум в аутентичной бронзовой ствольной коробке и с новодельным предохранителем, а уж никак не те дрова, которые лежали в тайнике.

- Агилар, я полагаю? Алексей! – Лёха протянул индейцу руку.
- Да, Эллиас Агилар. Охотник, проводник. Я так понимаю, намечается стрельба?
- Так точно. Стрелять умеешь?
- Кабаны не жаловались, - усмехнулся охотник.

Лёха снял с плеча и кинул ему карабин Маузера.

- Эта штука по-убойнее твоей игрушки будет. Патронов правда не особо много...

Он передал индейцу весь запас, около 60 штук.

- Ничего, я не потрачу их зря, - уверенно и спокойно ответил Агилар, - у меня раньше был такой карабин, я умею из него стрелять.
- А можешь по-подробнее рассказать, что за банда, как вооружены?
- О, это местное проклятие. Где-то полгода назад стали тут ошиваться. Я ездил в полицию в Срьюдад-де-Оро, а потом и в сам Лас-Вакасьонас к полковнику Лиму, жаловался. Пару раз присылали облаву, но никого не поймали. А постоянно тут гарнизон держать полиции не с руки: кто согласится за гроши торчать посреди джунглей, где к тому же партизаны хозяйничают? А крайний раз вообще меня нафиг послали, сказали у нас есть дела поважнее, разбирайтесь сами. И партизаны то же самое говорят...
- Ну, партизаны в нашем лице, как видишь, готовы решать проблему.
- За это спасибо. У меня давно на этих гадов руки чесались!
- А про оружие и численность расскажи! Чего от них ждать?
- Ну, численность когда как. Но человек тридцать, уж не меньше, может и сорок. Вооружёны кто чем: и охотничьи ружья, и карабины, и автоматы... В основном пистолеты-пулемёты всякие.

В принципе, Алексей давно отмечал, что всевозможные бандиты в джунглях что в Палинейро, что в Альгейре явно тяготели к пистолетам-пулемётам: дешёвое и простое оружие. Дальность небольшая, надёжность и точность тоже так себе – ну зато накоротке можно создать высокую плотность огня, что отчасти компенсировало традиционно плохую стрелковую подготовку этого контингента.

Иванов построил крестьян. Их оказалось меньше, чем обещал староста – всего 15 человек. Многие стояли поодаль, но подойти не решались. Может оно и к лучшему, трус в бою опаснее врага...
Алексей начал выдавать людям карабины и патроны. По стволу и пачке на 50 патронов в руки. Желающих было несколько больше, чем «винчестеров», поэтому четверым достались трофейные «Стерлинги». Всё-таки не зря тащили...

Лёха понимал, что ждать от этих людей какой-то реальной огневой результативности вряд ли стоит. И карабины скорее всего будут клинить, и точность вероятно будет ни о чём. Так что, как это ни цинично звучало, задача крестьян была лишь в том, чтобы отвлекать на себя часть вражеского огня, рассредотачивать его по фронту, чтобы бандиты не зажали в несколько стволов каждого партизана. С той стороны скорее всего не особо будет видно, где мирный житель со ржавой винтовкой, а где опытный стрелок с автоматом. А давать врагам время разбираться что к чему Алексей, согласно старой десантной тактике, и не собирался. Инициатива всегда должна находиться в твоих руках, если хочешь побеждать! Не ты должен подстраиваться под противника, а противника нужно заставить реагировать на твои действия. Чтобы ты делал что хочешь, а противник только то, что ты ему позволяешь. Даже если у врага численное преимущество, а ты ведёшь бой от обороны.

Следуя этой нехитрой стратагеме, Иванов приказал новоявленным бойцам набирать песок в мешки лопатами у речки, и тащить всё это дело на позиции. Окоп на скале, понятно, не выкопаешь, но вот заложить мешками с песком позицию так, чтобы над ними торчала только голова и ствол – это можно запросто! В суматошном бою так куда меньше шансов поймать случайную пулю, зато врага можно отстреливать с колена со всеми удобствами.

Основную позицию Лёха разместил сразу за мостом. Там же планировал находиться он сам и рядом приказал разместиться Марко Санчесу с его АК.
Чуть правее моста на крутом берегу, откуда неплохо просматривалась как дорога к мосту, так и низина рядом с ней, он определил позицию для Педро. Там же – несколько крестьян с карабинами.
Позади себя на холме, откуда отлично простреливалась вся площадка перед мостом – лучших стрелков: Эллиаса и Сервуло. Последнему он отдал принесённые ещё из Палинейро универсальные сошки. Для стрельбы лёжа из АК – самое оно. Без них магазин постоянно задевает за землю, приходится применять не такой удобный хват, с опорой на вытянутый локоть.
Левее, в удобной замаскированной позиции, усиленной мешками с песком – самая ответственная точка, там Иванов назначил дежурить Рамона Франко. Оттуда можно было вести огонь как вдоль реки до самого моста, так и по той «неудобной» возвышенности на «вражеском» берегу. Хоть и снизу, но если кто высунется – сразу получит пулю в голову, благо дистанция там минимальная.
Ещё чуть левее – трое партизан и четверо добровольцев, которые должны были создать концентрированный огонь по этой скале в случае необходимости. Фернандо и одного крестьянина со «Стерлингом» Лёха поставил в тылу, укрывшись за мешками прикрывать обходную тропинку в скалах. Ну, просто мало ли чего. Вряд ли оттуда пойдут, но подстраховаться стоило.
Остальных добровольцев он разместил вдоль всей реки равномерно в два эшелона. Первый мог открывать огонь сразу, второй при необходимости мог бы прийти на помощь, а заодно прикрывал тыл на всякий пожарный.

Через час все земляные работы были закончены, и Алексей приступил к финальной части: изготовил четыре растяжки из колышков, проволоки и изоленты, примотав ею гранаты.
Одну он установил на выходе с той самой тропинки перед позицией Суареса, ещё одну, «аварийную», на случай, если прорыв сдержать не получится – прямо перед выходом на мост. Проволока так удачно терялась на фоне досок моста, что заметить её в темноте было практически невозможно. Алексей искренне надеялся, что эта растяжка не будет сорвана, потому что наступающих удастся перестрелять гораздо раньше, чем они дойдут до моста.
Ещё одну гранату на растяжке он установил по дороге на господствующую скалу. Не могло быть никаких сомнений, что туда наверняка несколько человек выдвинутся, так же как сам Иванов при подходе к деревне первый раз направил туда стрелка для прикрытия.
Ну и последнюю он поставил рядом с дорогой под деревом в траве возле кустов. Туда наверняка кто-нибудь кинется, как только раздадутся первые выстрелы.

Потянулись часы ожидания. Марко Санчес и Элиас Агилар, чтобы не скучать понапрасну, сделали из отломанных веток удочки, и занялись рыбалкой прямо возле моста. Удивительно, но рыбы там было немало, им удавалось одну за другой доставать довольно крупных рыбин. Лёха смотрел на них с изрядной завистью, но кто-то же должен был и за дорогой приглядывать!
Вскоре мужики отпросились в ближний тыл, и, спрятавшись за скалой, развели костёр. Ещё через полчаса довольные собой рыболовы раздали всем бойцам отряда по две жареные рыбины.
Только вдохнув их аромат Иванов понял, насколько же он голоден! За предыдущие сутки на нормальную еду не было ни сил, ни времени! Сытость и усталость начали брать своё, и вскоре Иванов задремал, облокотившись спиной на мешки с песком. Он сделал всё, что только мог, подготовил всех и всё, и теперь исход боя зависел только от тех непредсказуемых по сути своей факторов, предусмотреть которые заранее никак невозможно. Годы службы и наёмничества приучили Алексея не тратить нервы на переживания о том, на что всё равно никак нельзя повлиять.

Лёха надеялся, что его разбудит кто-то из бойцов, потрясёт за плечо, но вместо этого из объятий Морфея его выдернул близкий взрыв гранаты. Алексей молниеносно развернулся, одновременно отмечая, как разом вскинули стволы все находящиеся вокруг защитники Вилларадо. Он взглянул на часы – было начало четвёртого утра.
Так со взрыва гранаты на растяжке начался для Иванова
День 5.

@темы: 7.62